Пастух. Очерк

В тот год странное выдалось лето. В мае было тепло, как в июле, а июнь не порадовал ни одним добрым деньком: пасмурь, дожди назойливые да ветры. Люди возмущались, кляли погоду, и только один человек в Золоткове оставался спокоен. Перекинув через плечо длинный кнут, сшитый из прорезиненного ремня, неторопливо шагал он по деревенской улице в офицерском плаще, в фуражке артиллериста с черным бархатным околышем, в блестящих от дождя резиновых сапогах. Звали этого человека Виктором Алексеевичем Беспаловым, а был он, как вы догадались уже, пастухом.

— Погодите, погодка еще свое возьмет, — говорил он.

— По каким же приметам выводишь ты это, Алексеич?

Отшучивался:

— Коровы сказали...

 А не сетовал на погоду вот почему: травы вымахали чуть ли не в рост человека — густы, сочны, зелены, к тому ж и муха не надоедает стаду, и паутов меньше и слепней. И жажда не мучает — кормись да кормись на прохладе...

...Кто не знает, что самыми отчаянными мечтателями всегда были и всегда будут мальчишки. Только научится говорить постреленок, уже авторитетно заявляет:

— Буду софером...

— Буду масинистом...

А в школе, когда попотчуют географией, историей да книжками разными, как распалится фантазия! Тут тебе и полярники сыщутся и командиры Советских Вооруженных Сил, и лекари, и новаторы машзаводов, и капитаны кораблей — словом, только слушай!

Так и до него очередь дошла. Пытали школьные дружки:

— Ну, а ты, Витек, кем собираешься стать, как вырастешь?

Голубые глаза хмурятся, хмурятся, краска на щеках, но все-таки однажды признался:

— Пастухом... — Нажимал на «о», — коров пасти буду!

Одни верили, другие — нет: сколь раз еще передумать можно, пока вырастешь. А те, кто верили, старались допытаться — почему выбор такой?

— Не знаю,— честно признавался Виктор.

...Выбрали дружки школьные не все те профессии, которые ранее загадывали, выросли, помудрели. А Виктор Беспалов остался верен своей первой задумке. Пришел в правление колхоза, сказал:

— Пастуха, говорят, ищете?

И Виктор Беспалов стал пастухом. В своей родной деревеньке — Задних Горках.

Вспоминая то время, Виктор Алексеевич говорит:

— Гнал первый раз колхозных коров и боялся — а ну, как кинутся в разные стороны... Бегал, суетился и, наверно, коровы... смеялись надо мной. ...Тлеют малиновые угли костерка, пеплом подергиваются, но ветерок сгоняет белесый налет, и жар охватывает ветки. В тени берез и ольшаника отдыхает стадо, жует и жует жвачку. Коровы сыты. Бока лоснятся и круглы, как бочонки. Больше ярославок — черных с белыми чулками и светлыми пятнами на лбах, добродушного нрава.

Я прошу Виктора Алексеевича объяснить свой выбор профессии.

Он палочкой сбил в грудку костра недогорелые ветки, долго обдумывал ответ:

— Молоко всем нужно, правда?

— Правда, Алексеич. Он засмеялся:

— Выходит, и я нужен.

...Виктор Алексеевич Беспалов знает все выпасы, все порубки, переходы через ручьи лесные, водопойные места, знает, где какая трава растет, где меньше паутов, слепней и комара, где надо прибавить ход стаду, а где попридержать его — знает все, что надо знать пастуху. Вот у него коровы и сыты и щедро отдаривают за заботу ароматисто-вкусным молоком.

А разве не в похвалу пастуху, что стадо вот уже несколько лет подряд не имеет ни единого случая потерь, что в стаде нет ни одной яловой коровы! Хороший пастух должен быть внимательным и заботливым. Именно таков Виктор Алексеевич. Заприметил он как-то, что Зорька не жует, стоит понуро. Подошел, шею погладил, живот пощупал — горяч. Дело ясное: засорила желудок, надо попотчевать лекарством.

Вечером на ферме корову еще раз осмотрели, напоили лекарством. Утром она бодро шагала на пастбище.

А то и так было: глядит Виктор Алексеевич, приотстали Озорница с Буренкой. Другой бы размахнулся, хлестанул кнутом, а Беспалов подошел к коровам, осмотрел и обнаружил, что у них заломились копыта. В обед, во время дойки, вызвал ветврача Ивана Алексеевича Красикова и вместе с ним обрезали заломившиеся копыта...

Четыре года только не пас коров в родных краях Виктор Беспалов. Это, когда он служил в армии артиллеристом. Так что фуражку он носит на законных основаниях, а что касается офицерского плаща — очень удобного, непромокаемого, то плащ куплен.

Домой вернулся с тем же настроением: пасти колхозное стадо. Родные заладили: женись да женись. Как будто он сам не знал, что ему делать.

Летним вечером начистил до блеска сапоги, вырядился в форму — ив клуб. Танцевал с бойкой золотковской девчонкой Тоней. Тоня была моложе его, но о ней уже шла молва, как о расторопной доярке.

И чему ж дивиться: случилось то, что и должно было случиться, — сыграли свадьбу. Перетянула невеста жениха в свою деревню: замечательного пастуха потеряли родные Задние Горки, замечательного пастуха получили колхозники деревни Золотково.

Молодые дружно живут. А теперь у них и дочка есть и два сынка. Сбылась присказка, которую молвили за праздничным столом: матке — в руки и батьке — в руки!

Что Галинка, что Леня, что Ванятка — даром что малы, а в обеденную дойку принесут папке еду в узелке да газетки свежие. Да еще деревенские новости перескажут.

...Могут подумать: ну, хорошо — попасет с ранней весны до осени поздней, а потом что будет делать пастух ваш? Отдыхать?

— Прошлую зиму,— рассказывает Виктор Алексеевич,— как обычно, конюхом я работал. Да еще обслуживал скотный двор — следил, чтобы насосная станция исправно подавала воду в автопоилки...

Виктор Алексеевич Беспалов — самый богатый человек в золотковской бригаде: вырабатывает 1480 трудодней. Вот кто радеет колхозу!

...В деревню тихо приплывали сумерки. Потух закат. В избе Беспаловых зажглось электричество. Вся семья в сборе — ужинают. Радиоприемник играет. Виктор Алексеевич выглянул в окно, молвил:

- По моим приметам, завтра будет хороший день.

Василий   БОЧАРНИКОВ
Костромская область

 



 

Новые статьи раздела:

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Яндекс.Метрика