Там, где снимался "пожар Москвы"

Маленький поселок Теряево, что в ста сорока примерно километрах на северо-запад от Москвы, гордится красивейшим в средней полосе России ансамблем Иосифо-Волоколамского монастыря. Основал его в 1479 году Иосиф Волоцкий (Иван Санин), глава школы «иосифлян» — влиятельной группы церковников, поддерживавших московских князей и способствовавших усилению централизованного русского государства. В свою очередь, великие князья Москвы всячески помогали монастырю. Он быстро богател: уже в 1486 году в нем появилась первая каменная церковь с фресками знаменитого живописца Дионисия. По словам летописи, «с росписями, сосудами, иконами и книгами» обошлась она в 1000 с лишним рублей — сумма по тем временам огромная.

Следом выросла колокольня. Немного позднее, в 1504 году местные князья Вельские построили собор Богоявления. Затем сами монахи возвели обширную Трапезную палату — только Кремлевская Грановитая Палата может с ней сравниться по величине и размаху высоких сводов, опирающихся на один мощный столб.

 При Иване Грозном обитель обвели каменной оградой с девятью боевыми башнями — все по образцу Симонова монастыря в Москве, считавшегося первоклассной крепостью.

В начале XVII века крепость-монастырь одна из первых приняла удар польских интервентов. В стенах и сейчас видны следы проломов — штурм был жестокий: «башню на водяных воротах литовские люди из пушек разбили и прясла от этой башни развалились все до подошвы...».

Утихли бури Крестьянской войны и польской интервенции. Московский приказ Каменных дел (первая в Европе государственная строительная организация, созданная еще в середине шестнадцатого века) посылает в Теряеву слободу опытного зодчего Ивана Неверова, прославившегося постройкой, вместе с англичанином Галловеем — Спасской башни Кремля. Неверов восстановил и надстроил древние стены, возвел Надвратную церковь, поставил башни — их стало теперь семь. В самой величественной из них устроил большое помещение, перекрытое замысловатым сводом, великолепно освещенное шестью окнами с фигурными каменными наличниками, с красивой внутренней лестницей.

Для кого предназначалась эта богатая палата, сказать трудно. Известно лишь, что в этой Германовой (по имени игумена) башне в прошлом не раз томились видные политические узники: опальный митрополит Даниил, ученый «еретик» Максим Грек, сведенный с престола и попавший в плен к полякам «царь-шубник» Василий Шуйский.

Где-то рядом с башней, на монастырском заброшенном кладбище, могила одного из князей Вельских — более известного под именем Малюты Скуратова, свирепого сподвижника Грозного царя: он был убит на войне в Ливонии и похоронен здесь, на своей родине.

В 1688 году «подрядчик каменных дел» крепостной крестьянин из-под Дмитрова Трофим Игнатьев начал строить в монастыре большой Успенский собор о пяти главах. До нас дошли и другие имена русских умельцев, украшавших собор: иконописцев Григория Антонова и братьев Потаповых, резчика по дереву Леонтьева и золотильщиков Власова, Сергеева, Иванова, создавших уцелевший и сейчас резной многоярусный иконостас — подлинное художественное сокровище.

Собор, Надвратную церковь и башни ограды щедро украсили разноцветными изразцами работы «царева мастера ценинных дел» (так называли изразцовые изделия) Стефана Полубеса.

Протекающая рядом речка Сестра, перегороженная земляной плотиной, образовала озерко, заросшее по краям камышами. Белые стены ограды, островерхие башни, главки собора и Надвратной церкви, вырастающие над зеркалом воды, сказочно прекрасны. Недаром этот поэтичный уголок Подмосковья выбрали для съемок «пожара Москвы» постановщики кинофильма «Война и мир».

Летом 1966 года рядом с древними стенами монастыря выросли «московские кварталы 1812 года»: ампирные особняки, здания присутственных мест, гауптвахта с полосатым шлагбаумом. Все эти макеты на фоне каменных построек монастыря создали поразительную по исторической правдоподобности картину Старой Москвы.

Ф. КУДРЯВЦЕВ



 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Яндекс.Метрика